ru en de
115191, Москва, м.Тульская, Духовской переулок, 22Б

Коммерческая онкология

Почему квалифицированная онкологическая помощь может быть платной? Как поступить, если нужна консультация онколога: выбрать «платного» онколога или пойти к «бесплатному», и ему заплатить деньги неофициально? Когда на карту поставлено собственное здоровье, что лучше: пойти в старую, известную клиники с давней (не всегда хорошей) репутацией или обратиться на консультацию в недавно открытую современную клинику, о которой еще мало кто знает? Кто считается лучшим онкологом Москвы — и есть ли такой? Где искать хорошего специалиста? Можно ли доверять онкологу по рекомендации, если у него лечили рак лёгкого, а необходимо лечение рака груди?

Эта статья посвящена такому психологически сложному вопросу, как частная (“платная”) онкология. Мифы и заблуждения, с которыми мы сталкиваемся, общаясь с нашими пациентами, нередко приводят к формированию совершенно ошибочных и в корне ложных представлений о принципах и организации работы в частных медицинских учреждениях.  Среди таких заблуждений встречаются, например такие: вера в эффективность “условно бесплатной” онкологической помощи в госучреждениях; убеждение, что “за деньги в онкологии можно решить всё”; что ”хороших врачей-онкологов вообще в нашей стране нет” и так далее. Мы обсуждаем их ниже.

Миф № 1. Онкологическая помощь должна быть бесплатной, потому что так установлено в нашей стране законом

Тут сразу же хотелось бы сделать одну важную оговорку. Даже две. Первое: “бесплатной” медицинской помощи не может быть в природе. На какие-то деньги нужно строить больницы и покупать дорогостоящее оборудование, откуда-то нужно платить заработную плату докторам, медицинским сестрам и другим сотрудникам лечебных учреждений, покупать лекарства, оплачивать коммунальные услуги и т.п.

Другое дело, что платить за это в “идеальном мире” должно было бы государство, страховые компании, благотворительные организации и т.п. К сожалению, наш мир неидеален, и сейчас условно бесплатное лечение в нашей стране возможно только в рамках системы государственного здравоохранения, уровень помощи в котором, мягко скажем, хромает. И это совершенно неудивительно, учитывая, что в этом случае государство оказывается и заказчиком, и провайдером медуслуг, что неминуемо ведет к отсутствию мотивации оказывать качественные услуги, снижению уровня сервиса, росту коррупционных отношений, неэффективных по своей сути.

В этих условиях мы – врачи, которые хотят работать на современном уровне, не вступая с пациентами в “неформальные взаимоотношения” (проще говоря, вымогать взятки), – находим себе место только в коммерческих клиниках. И это наша вторая оговорка – мы очень хотели бы, чтобы за нашу работу платило государство, страховые компании и т.п. Потому что для нас первоочередное значение имеет возможность эффективно и честно помогать нашим пациентам, гордиться уровнем медицинской отрасли и своим профессионализмом.

платная онкологическая помощь

Мы совершенно не соответствуем распространенному (и ложному) образу «коммерческие доктора, которым только деньги интересны». Верите или нет, в государственных клиниках «коммерческих докторов» на порядок больше.

Фактически онкологическая медицинская помощь уже давно разделена на бесплатную и платную. Часть услуг входит в гарантированный государством Федеральный стандарт оказания медицинской помощи. При этом часть медицинских услуг, например, больным с лейкозами, оказывается только бесплатно. Однако,  некоторые лекарственные препараты для лечения рака, равно как и медицинские услуги, могут быть получены пациентом только по месту жительства. То есть если пациент временно уезжает в другой город, то получить их он сможет только на коммерческой основе. Сейчас платная консультация онколога доступна даже в таких крупных лечебных учреждениях как РОНЦ им. Блохина и МНИОИ им. Герцена. Правда, для жителей СНГ, а также российских граждан без направления из территориальных управлений здравоохранения.

В целом за последнее десятилетие в миф о существовании полноценной системы бесплатной онкологической помощи уже никто всерьез не верит. По неформальным оценкам фармацевтических компаний-производителей препаратов для лечения рака, если ещё в 2003 году доля продаваемых через аптеки лекарств не превышала 10–15% (а остальное закупалась государственными лечебными учреждениями), то в 2013 году она составляла около 50-60%. То есть большинство пациентов стали приобретать лекарства за свой счет.

По мнению ведущих московских онкологов, в том числе главного врача Московской городской онкологической больницы № 62 Анатолия Нахимовича Махсона, решение государственных органов открыть кабинеты, отделения платных медицинских услуг в онкологических лечебных учреждениях позволило значительно уменьшить коррупцию в государственных больницах. Платная консультация онколога стала более доступной. Если брать проблему коррупции в целом, то любое учреждение является частью нашего общества. И мздоимцы, и вымогатели, и стяжатели не являются частью какого-то отдельного общества, они наши с вами соседи. 

В Российском онкологическом научном центре имени Блохина уже много лет функционирует платный отдел (отдел оказания платных медицинских услуг), через который оформляются консультации врачей-онкологов, поликлинические обследования, анализы, а также проводится госпитализация пациентов из России (без направления региональных управлений здравоохранения) и из других стран.

Служба платных медицинских услуг (коммерческий отдел) уже много лет функционирует и в Московской городской онкологической больнице № 62 (МГОБ № 62). В соответствии с имеющейся у больницы лицензией и на основании Приказа Департамента здравоохранения г. Москвы платная онкологическая помощь оказывается больным со злокачественными и доброкачественными опухолями всех локализаций, за исключением опухолей мозга и лейкозов. Платные медицинские услуги оказываются гражданам России, не имеющим постоянной регистрации в Москве, а также иностранным гражданам. Оплата производится либо на основании договора добровольного медицинского страхования, либо непосредственно после заключения договора с больницей через коммерческий отдел консультативной поликлиники по действующему прейскуранту. Это важный психологический шаг на пути к цивилизованному рынку медицинских услуг, призванный фразе “онколог за деньги” придать не ругательный, а позитивный смысл.

Платные консультативные услуги оказывает и Московский онкологический диспансер № 1. Например, в окружном центре — городская поликлиника № 220 — под платную онкологию выделено отделение.

В Москве платная консультация онколога не является редкостью. По состоянию на 2013 год Департаментом здравоохранения Москвы выданы и действуют лицензии на платную онкологическую консультативную помощь в условиях поликлиники более чем у 60-ти частных медицинских организаций. В условиях стационара около 10 имеют лицензию на оказание платной онкологической помощи. В реестре справочной городской службы «232» числится около 50 врачей-онкологов, оказывающих платные медицинские услуги. В московских Интернет-справочниках есть информация о более чем 80-ти платных онкологах. Самый большой ресурс собрал отзывы «глазами пациентов» о 130 врачах-онкологах, оказывающих онкологическую консультативную помощь за деньги. Всего в Московском онкологическом обществе зарегистрировано около 1100 членов, из них около 60% — сотрудники РОНЦ им. Н.Н. Блохина, 10% — Московского областного онкологического института им. П.А. Герцена, 7% — врачи-онкологи Московской онкологической клинической больницы № 62 и Московского онкологического клинического диспансера, а остальные 5% — сотрудники Российского научного центра рентгенорадиологии.

Теперь несколько слов о Европейской клинике. В Москве мы являемся первой частной специализированной онкологической клиникой с собственным многопрофильным стационаром, оснащенным и оборудованным в т.ч. и для проведения хирургической помощи онкологическим больным. У нас оказывается платная онкологическая помощь в соответствии с лицензией Департамента здравоохранения города Москвы и на основании заключения Управления службы надзора по защите прав потребителей (Росздравнадзора) по Москве и Московской области. Нашими врачами-онкологами и узкими специалистами в области онкологии (маммологами, онкоурологами, онкогинекологами) на платной основе оказываются следующие услуги:

  • консультативная медицинская помощь в условиях поликлиники для пациентов с установленным диагнозом злокачественного образования, а также для пациентов, желающих пройти платное обследование для исключения диагноза рак;
  • «второе мнение» онкологов-специалистов из Израиля, США и стран Западной Европы;
  • диагностические исследования и процедуры, включая скрининговую диагностику онкологических заболеваний, в том числе биопсии для морфологического изучения (цитологические, гистологические, генетические и иммуногистохимические исследования);
  • лечебные процедуры и операции в условиях поликлиники, дневного стационара и круглосуточного стационара, включая проведение химиотерапии, амбулаторных и больших операций;
  • проведение поддерживающей, симптоматической терапии и паллиативного хирургического лечения в условиях стационара;
  • оказание экстренной и неотложной помощи, включая проведение реанимационных мероприятий у онкологических больных,
  • проведение неотложных операций у больных раком в случае развития состояний, угрожающих жизни.

При этом, от платных отделений государственных клиник нас отличает следующее:

  1. Гарантированный профессионализм докторов – мы не берем на работу стажеров и ординаторов. Уровень зарплат позволяет нам приглашать в клинику только квалифицированных врачей. Согласитесь, доктора – тоже люди, и им приятно, когда их время и их профессионализм адекватно оцениваются руководством. При этом в платных отделениях городских стационаров сам доктор, как правило, получает гроши от суммы, уплаченной пациентом. Остальное оседает в совершенно в других руках.
  2. Высокий уровень сервиса – нам важна удовлетворенность наших пациентов нашей работой. Для нас это главный критерий эффективности. Мы не “футболим” тяжелых пациентов, как это делают государственные клиники, боясь испортить “статистику”.
  3. Полное отсутствие “доплат на руки”, “благодарностей доктору”, “средств на решение вопроса”. Наши врачи уважают пациентов не меньше, чем себя и свой труд, поэтому подобный подход для них неприемлем. 

Миф № 2: Лечение онкологии стоит безумно дорого

Полная версия мифа звучит так: «Онкология стоит безумных денег. Но за деньги можно решить все. И лучше всего лечить рак за деньги в государственной больнице. Если идти к частному онкологу, то останешься без штанов».

Дорого или недорого обойдется лечение рака, зависит от нас самих. Приведем пример с автомобилем, он будет понятен большинству пациентов. Если вы никогда не делали техобслуживания подвески, заливали в бак ворованный бензин напрямую из цистерны, лишь бы сэкономить; если никогда не мыли машину, то будет ли для вас удивительным, что ремонт (кузов, подвеска, двигатель, трансмиссия) станет дороже покупки новой машины? Аналогично и с организмом человека. Если его эксплуатировать нещадно, забывая о профилактических осмотрах и обследованиях, лечении имеющих хронических заболеваний, курить, злоупотреблять спиртным, то с течением времени любые резервы самовосстановления организма будут исчерпаны, и дальше диагноз «рак» становится неизбежен. Как принято грустно шутить во врачебной среде — каждого из нас ждет свой рак, просто не все доживают до этого. Кроме того, все очень сильно зависит от стадии, на которой обнаружен опухолевый процесс. Поэтому стоимость лечения рака может составлять от нескольких тысяч до десятков миллионов рублей.

Дешевле всего нам обойдется профилактика рака. По сути, это коррекция образа жизни и периодическое прохождение контрольных осмотров для раннего выявления онкологического заболевания.

Стоимость лечения рака в существенной мере зависит от того, на какой стадии выявлен рак. При диагностике рака на первой стадии опухолевого процесса в большинстве случаев достаточно сделать небольшую операцию, которую можно провести за несколько тысяч рублей. Такими примерами могут стать первая стадия рака молочной железы, рака шейки матки, рака щитовидной железы. 

Диагностика рака сразу на 2-й — 3-й стадии в большинстве случаев предполагает, что сам опухолевый процесс длится уже несколько месяцев, и ни на один из угрожающих симптомов не было обращено достаточно внимания самим пациентом или врачами тех лечебных учреждений, где он обследовался. К сожалению, нужно признать, что уровень отношения к собственному здоровью и привычки к профилактическим осмотрам в нашей стране крайне низок. Бравада «я не хожу по врачам» очень часто заканчивается в отделении паллиативной онкологии, когда помочь пациенту уже нельзя ни за какие деньги.

На 2-й — 3-й стадии рака в опухолевый процесс могут вовлекаться сразу несколько близлежащих органов и тканей. Поэтому для радикального лечения может требоваться сочетание хирургии, препаратов химиотерапии, лучевой терапии. В таких случаях для проведения хирургического лечения необходим персонал высокой квалификации, и существенно выше технические требования к оснащению операционных. 

Цена химиопрепаратов, количество курсов химиотерапии, применение препаратов нескольких линий химиотерапии также поднимают стоимость лечения онкозаболевания на  2-й — 3-й стадии. Например, стоимость годового лечения одной женщины при раке молочной железы препаратом герцептин составляет около 1,5 миллионов рублей. Некоторые препараты могут быть получены пациентом бесплатно в онкологических кабинетах при поликлиниках или в онкологических диспансерах бесплатно. Но нередко препаратов на всех не хватает. Такая цена лечения рака в большинстве случаев «не по карману» семейному бюджету. Нередко часть расходов пациента берет на себя работодатель, помогают родственники и знакомые.

Здесь имеется еще одна особенность: лечение рака на 3-й стадии не только становится дорогим. Болезнь делает пациента нетрудоспособным и социально неактивным на период проведения лечения, что резко снижает возможность человека самостоятельно оплачивать лечение или вовлекать в его оплату своих близких. Кроме того, вложенные средства не связаны напрямую с вероятностью полного выздоровления, возвращения к активной жизни, длительностью предстоящей жизни.

И во многих семьях встает вопрос: мы продадим все, но через 2–3 года наш близкий человек всё равно умрет? Это очень тяжелый вопрос. В целом, в отношении рака на 2-й — 3-й стадии работает принцип чем более запущен рак, тем он дороже.

Нужно знать, что несмотря на фантастический прогресс онкологии за последние 20 лет, даже очень дорогостоящие и экспериментальные химиопрепараты в большинстве случаев не вылечивают, но продлевают жизнь пациентов при так называемых «больших» раках — раке молочной железы, раке простаты, раке лёгкого.

За что платятся деньги в онкологии?

Если не зарывать лицемерно голову в песок, утверждая, что вся медицина у нас бесплатная, и рассматривать муниципальную систему здравоохранения, то там деньги берутся за ускорение очереди к онкологу в регистратуре и прием в удобное лично для пациента время («за талончик»), за консультацию онколога и быструю запись на современные методы обследования, за правильно поставленный врачом диагноз («чтобы честно все посмотрели»), за выписанные препараты («хочу, чтобы меня старьем не лечили, препараты должны только современные»).

При этом деньги рассматриваются пациентом как своеобразная психологическая защита и панацея от некачественного оказания медицинской помощи. Онколог за деньги — это порождение нашего общества с искаженной шкалой общественных отношений. Фактически, сам пациент выступает в качестве источника коррупции. Дальше — больше. Пациент, не веря в квалификацию местного врача, ищет пути покупки права на бесплатную госпитализацию (на бюджетную квоту) в РОНЦ им. Блохина, МНИОИ им. Герцена или в ГКБ № 62. Затем все повторяется уже в стационаре, когда пациент, попавший туда «по блату» или «по блату за деньги», ведет себя так же как, раньше в поликлинике, пытаясь добежать до окончания лечения быстрее и, на его взгляд, надёжнее.

Очевидно, что удержаться от соблазнов множеству врачей, особенно в современном обществе со сдвинутыми и искаженными материальными ценностями, крайне сложно. Да и бессмысленно требовать от них кристальной честности на фоне многочисленных коррупционных скандалов в СМИ, касающихся всех сфер нашей жизни. Таким образом, мы сами становимся заложниками кругооборота «чёрных» денег в нашей жизни. Посмотрите недавний отечественный художественный фильм «Рассказы» (новелла «Круговое движение») на эту тему.

Если обеспечить всех желающих медицинской помощью в нескольких специализированных центрах невозможно технически, то честнее открыть коммерческие службы и использовать образующий денежный поток для материального стимулирования работников государственных ЛПУ, что, собственно, и разрешено Законом. Тем самым у врача отпадает необходимость брать деньги в карман из-под полы. Всё без унижений, недомолвок, честно.

Как раньше удавалось в советское время обходиться без денег? Ведь тогда и образование и здравоохранение были бесплатны?

Не обходились, просто существовала традиция «бартерного» обмена — ты мне оказываешь услугу, а я тебе. Деньги были приняты в качестве гонорара, как правило, лечащему онкологу или оперирующему хирургу, а администрация больниц просто закрывала глаза на «подпольное» существование. За последние 20 лет резко изменилась сама онкология — потребовались новейшие методы диагностики, включая позитронно-эмиссионную томографию, молекулярно-биологические и генетические лаборатории, сложная иммуногистология — все они существуют в очень ограниченном числе центров. И проблемы многолетнего недофинансирования нашего здравоохранения сказались и на ограниченной доступности этих услуг. Без этих услуг поставить в современных условиях диагноз онкологического заболевания невозможно. Кроме того, современные возможности медицины стоят совершенно других денег. Идея о “бесплатном здравоохранении” родилась в начале ХХ века, когда в арсенале доктора была пара сотен очень дешевых медикаментов, нехитрые инструменты, да собственные руки. Это казалось недорогой инвестицией – открыть государственные больницы, и платить докторам зарплату. Собственно, если продолжать лечиться по стандартам 20-х годов ХХ века, то медицина вполне может быть совершенно бесплатной. Правда, и не слишком эффективной. Однако, научно-технический прорыв в медицине, начавшийся в 50-е годы ХХ века и все более набирающий обороты сейчас, с одной стороны, приводит к радикальному улучшению качества и результатов медицинской помощи, но с другой стороны, требует совсем других затрат. И это не по силу ни одному государству, даже очень развитому и богатому.

Современные препараты и методики не могут быть выполнены “бесплатно” – кто-то должен заплатить производителям препаратов и инструментария, кто-то должен заплатить за труд врачей. Это иллюзия, что хороший доктор – это доктор-бессребреник. Чтобы постоянно повышать свою квалификацию, быть в курсе последних достижений медицины, врач должен постоянно читать профессиональную литературу (а ее, как правило, не существует на русском языке), регулярно ездить на симпозиумы и семинары, проходить не формальную переподготовку, а посещать треннинги и мастер-классы ведущих мировых специалистов. Понятно, что на зарплату доктора из муниципальной системы даже двух хороших американских учебников по онкологии не купишь…

Куда лучше нести деньги больному с раком? В государственную клинику в «карман врача», платить деньги за квоту, платить в коммерческий отдел муниципальной клиники, идти в частную клинику? 

Онкология стоит денег. Качественная онкология, к сожалению, стоит больших денег. Но мысль, что за деньги можно решить всё — это тоже иллюзия. Выбор не должен стоять, куда лучше их нести и где лучше всего лечить рак «за деньги»: в государственной больнице или в частной. Нужно идти к хорошему, честному онкологу, который любит свою профессию. Но он при этом должен работать в клинике, где остальные доктора – такие же. Ибо один в поле не воин – даже самый хороший врач не может работать хорошо без помощи “смежников” – врачей других специальностей, среднего медицинского персонала, других сотрудников клиники.

Если идти в государственное лечебное учреждение с мыслью «кому бы дать денег, чтобы…», то поверьте, вы встретите такое же к себе отношение. Ситуации, когда деньги за онкологическое лечение вымогаются открыто, уже давно стали историей. Как правило, пациент вручает деньги врачу-онкологу добровольно. Основной проблемой при этом является несоответствие ожиданий пациента, который «заплатил деньги» и обязательности получения результата, который врач, не будучи Господом Богом, гарантировать никогда не сможет.

Если вы полагаете, что в государственных клиниках работают только бессребреники или только врачи-вымогатели или в частных клиниках «только стращают, обманывают и не лечат», то это неправда. И хорошие порядочные, и плохие нечестные люди есть везде. Наша медицина — плоть от плоти нашего общества.

Миф № 3: «У нас нет хороших грамотных онкологов — они все уехали, остались только вымогатели и бездари»

Есть ли ещё в нашей стране хорошие грамотные онкологи? Лучший онколог в Москве – где его найти? Или все лучшие онкологи уехали из Москвы в Израиль и Германию? Чаще всего с этим мифом пациенты встречаются как раз в клиниках Израиля и Германии. Как психологический инструмент это работает на создание ложного авторитета у иностранного онколога, подавляя волю и рациональную критику у большинства больных раком, выехавших на лечение за рубеж. Правда — хороших специалистов мало. Хороших онкологов — очень мало. Но их мало везде, во всех странах.

Наша команда с уважением относится к нашим коллегам из других стран. Многие из нас неоднократно стажировались, учились и работали в клиниках Германии, США и Израиля. С нашей точки зрения, при правильной организации работы в России можно лечит онкологических пациентов на уровне, ни в чем не уступающем ведущим мировым клиникам. К сожалению, мы также очень часто видим, что к нашим соотечественникам, выезжающим в другие страны на лечение, нередко относятся как к “дикарям с деньгами”. Ситуации, когда в самых разных странах Европы у пациентов “высасывают” все деньги на проведение не всегда оправданных лечебных и диагностических процедур, увы, нередки.

К сожалению, ни в Москве, ни в России, ни в мире не существует единой системы определения качества онкологической помощи и объективного способа сказать: это хороший онколог, это грамотный онколог, это лучший онколог Москвы, Петербурга, России. То есть по показателям средней продолжительности предстоящей жизни можно оценить качество работы онкологической клиники, по числу рецидивов и показателям интраоперационной смертности качество работы отделения, но оценить именно качество медицинской услуги, оказанной конкретным онкологом индивидуальному больному с раком, невозможно. Кроме того, как понимаете, самыми худшими будут показатели у клиник, работающих с самыми тяжелыми больными. И это сравнение совершенно некорректно. Кстати, если сравнивать ведущие клиники нашей страны и, например, Израиля, то показатели качества работы отделений у нас сопоставимы, а вот продолжительность жизни — различная. То есть ранние показатели операционной смертности, число интра- и послеоперационных осложнений схожи, а вот после выписки из стационара пациентов ждет различное будущее. Так, в среднем после постановки диагноза рак молочной железы в Германии женщина живет около 12,5 лет, а в нашей стране — около 3–4 лет. Этот показатель говорит, в первую очередь, о слаженности работы всей системы скрининговой диагностики, хирургического лечения, диспансерного наблюдения.

Более того, ни один онколог или онколог-хирург, онкоуролог, онкогинеколог не может быть хорошим и грамотным специалистом, разбирающимся абсолютно во всех онкологических заболеваниях и всех основных схемах их лечения. Онколог может знать блестяще все современные схемы диагностики и лечения рака молочной железы, но не разбираться в лечении колоректального рака. Онколог должен быть грамотным, знать отечественные стандарты онкологической помощи, уметь работать в команде, участвовать в проведении онкологических консилиумов совместно с врачами других специальностей.

Все-таки, где найти грамотного, опытного, хорошего онколога?

В целом, разумным является поиск пациентом своего врача-онколога, с которым можно будет установить долговременный доверительный контакт. Особенностью любого взаимоотношения врач-пациент является индивидуальная психологическая совместимость. Доктор может быть замечательным профессионалом, но его советы и рекомендации не будут восприняты и поняты пациентом из-за невозможности их понять и принять по каким-либо психологическим мотивам. Одним словом, ищите докторов, с которыми вам комфортно общаться и взаимодействовать.

Еще одним не всегда точным критерием является выбор врача по количеству регалий – ученых степеней и званий. Это, в целом, не противоречит профессионализму, однако далеко не всегда. Не стоит очаровываться огромным перечнем различных премий и степеней на визитке доктора. Настоящие профессионалы скромны.

В поисках лечения поищите отзывы пациентов с обратным адресом электронной почты или телефоном на онкологических форумах, особенно там, где нет модерации конкретной клиники. Приемлемый вариант выбора хорошего онколога — это врач по рекомендации от пациента, который лечил у этого врача такое же заболевание. Однако, это тоже очень условный критерий. Чаще всего “искать врача по знакомству” – это значит найти просто того, кто оказался ближе всех в социальной цепочке, отнюдь не самого профессионального.

К слову, мы считаем, что всех докторов Европейской клиники можно рекомендовать друзьям и родственникам, что мы и делаем.

Запись на консультацию круглосуточно
Как доехать